Позорный выбор Матвиенко

admin 20 Сен, 2011 06:25 ПП | Категория Новости | Нет комментариев

Позорный выбор Матвиенко

Совфед превратился из «палаты лордов» в конюшню

«Избрание» спикера верхней палаты парламента не тянет даже на новость. С того момента, как президент России Дмитрий Медведев высказал свои пожелания по новой кандидатуре главы Совфеда, всё было абсолютно предсказуемо. Ничего неожиданного и не произошло.

В среду, 21 сентября, на первой же осенней сессии верхней палаты российского парламента была выставлена кандидатура питерского экс-губернатора Валентины Матвиенко. Кандидатура была единственной, хотя, по регламенту, каждый из сенаторов мог выдвинуть своего претендента из числа коллег по Совфеду. Проголосовали в лучших традициях — 140 «за», 1 человек воздержался. Для того, чтобы получить пост спикера, Валентине Матвиенко достаточно было 84 голосов.

Как Совет Федерации превращался в посмешище

Историю российской «палаты лордов» можно разделить на три периода: демократический, бюрократический и олигархический. Сейчас мы, вероятно,станем свидетелями начала нового периода — шутовского.

Изначально планировалось, что верхняя палата станет «фильтром» — в Государственную Думу того периода могли попасть самые радикальные партии, и вообще в парламенте преобладали «красные», которые, как жаловались либералы, «принимали популистские законы» и «угрожали курсу реформ». Совфед должен был заворачивать опасные для власти законы. По Конституции у верхней палаты достаточно широкие полномочия — что даёт основание говорить, что спикер Совфеда является третьим лицом государства, после президента и премьера.

Первый, демократический период, продолжался недолго — с января 1994 года до января 1996-го. Сенаторы выбирались — по два человека от региона — прямым голосованием граждан. Этот Совет Федерации слишком часто голосовал не так, как нужно было президенту, в том числе — пользовался своим правом «пересилить» вето первого лица государства. То есть, оппозиционная Госдума принимала закон, президент его отклонял, а сенаторы, не согласившись, принимали.

С 1996-го года начинается новый этап — места в Сенате занимают профессиональные политики из регионов. Каждая область, край или республика направляет в Москву по два человека: губернатора и главу местного законодательного собрания.

В тот момент многие «региональные бароны» имели серьёзный политический вес, и даже считались федеральными политиками (стоит вспомнить хотя бы Лужкова, Шаймиева, Рахимова). Именно на базе Совета Федерации была сформирована партия «Отечество — вся Россия». Напомним, ОВР чуть не сделала президентом Евгения Примакова, а Лужкова — премьером. Если бы не хитрый план Бориса Березовского, мы бы и не услышали о Путине. Проиграв ту войну, региональные бароны в итоге влились в «Единую Россию» — а куда ещё деваться профессиональным бюрократам?

В августе 2000-го, после избрания Владимира Путина президентом, в Совфеде началась очередная реформа. Официально было объявлено, что «губернаторам и спикерам региональных парламентов неудобно раз в неделю мотаться в Москву на заседания», якобы это «отвлекает их от исполнения прямых обязанностей». Вместо прямого представительства регионам предложили выдвигать делегатов. Постепенно до региональных элит дошло, что места в Совфеде — это неплохой бизнес.

Кресла в верхней палате стали занимать люди, часто совершенно не имеющие никакого отношения к региону. Наиболее одиозные случаи становились темами для бурного обсуждения: скажем, когда вдова Собчака Людмила Нарусова стала представителем Тывы, где, кажется, не побывала ни разу.

Но большая часть сделок не вызывала бурного ажиотажа: просто очередной миллиардер в поисках депутатской неприкосновенности добывал себе место от депрессивного региона. Или местный олигарх полностью выкупал голоса в законодательном собрании. Иногда Совфед становился «убежищем» для губернатора, отправленного в отставку. Вместо лоббизма вопросов территорий в итоге получился орган, отстаивающий интересы крупного бизнеса. А так как и Госдума не принимала законов, которые могли бы вызвать неудовольствие президента, то об изначальной роли «фильтра» даже не вспоминали.

Но этот бизнес продержался недолго: крупный капитал концентрировался в Москве, следовательно, ему было проще «продавить» своего ставленника. Уже к 2007-му году региональных депутатов и губернаторов ставили перед фактом: вашу область будет представлять такой-то человек. Народные избранники послушно голосовали, новый денежный мешок занимал кресло. Региональные олигархи из Совфеда исчезали один за другим.

В 2011 году Совфед вдруг спохватывается: надо же, членом палаты может стать вообще любой человек, хватило бы денег и ресурса! Парламентарии принимают новый порядок — теперь, чтобы стать сенатором, надо пройти хотя бы какие-нибудь выборы. Через некоторое время у власти появляется нужда сменить спикера — ну не хочется давать Сергею Миронову возможность по-прежнему называть себя «третий человек в стране». И первой через новую процедуру проходит Валентина Ивановна Матвиенко.

Игра по правилам

В мае 2011 года Законодательное собрание Санкт-Петербурга неожиданно выносит на повестку дня вопрос об отзыве из Совета Федерации своего представителя — Сергея Миронова. ЗАКС, полностью подконтрольный единороссам, голосует «за» — и лидер «Справедливой России» лишается своего поста.

Отметим, что многие представители партии власти вполне искренне ненавидят партию Миронова — для них «бородатая выхухоль» больший враг, чем все несогласные, вместе взятые. Что поделаешь: внутривидовая конкуренция — самая жестокая. Скоро выборы, и противнику нанесли удар в самое больное место. Статус «старого друга Путина» не помог.

Вакантное место временно занимает сенатор Александр Торшин. В июне президент заявляет: а почему бы нам не сделать спикером Совфеда губернатора Санкт-Петербурга Валентину Матвиенко?

И это тоже очевидный предвыборный ход: в северной столице Валентину Ивановну, мягко говоря, не любят. К тому же она умудрилась неоднократно выставить себя на посмешище, например, с «сосулями», которые она планировала «сбивать лазером». Или с сыном-миллиардером, который играл роль местной Батуриной. На прошлых выборах власть даже не стала ставить её «паровозом» списка «Единой России» — постеснялась антирейтинга. Начинать нынешнюю выборную кампанию без смены губернатора во втором по величине городе было неосмотрительно. А тут — такая вакансия.

Но ввести Матвиенко в Сенат оказалось технически не так-то и просто — из-за упоминавшегося выше порядка «избрания». Валентина Ивановна уже давно не выигрывала никаких выборов. Срочно потребовалась какая-нибудь кампания, в которой она могла бы «победить».

Но на момент июня 2011 года в графике предстоящих выборов не было ни одной подходящей. Дело в том, что по нынешним законам в России есть два «единых дня голосования» — это начало марта или начало октября. Для Государственной Думы делается исключение — выборы проходят в декабре, когда истекает очередной срок полномочий. В иные даты допускаются только срочные довыборы или перевыборы. В 2011 году «единый день голосования» в октябре попросту отменили — сдвинув все кампании так, чтобы совместить с голосованием за депутатов Госдумы.

Но — всё для Матвиенко, всё для победы. 27 июня срочно назначаются дополнительные выборы в муниципальных округах Петровский и Красненькая Речка. «Эсеры» пытаются в судебном порядке оспорить это решение. Судебные заседания ещё продолжаются, а Валентина Ивановна уже выигрывает два депутатских мандата. В конце августа избирательная комиссия подводит итог — Матвиенко набирает в «Петровском» 92%, в «Красненькой речке» — 94,5% голосов. Концерт окончен.

После этого у экс-губернатора остаётся только одно препятствие — голосование в самом Совфеде. За назначение Матвиенко спикером депутаты голосуют ещё более дружно, чем петербуржцы. Но если питерцы избавлялись от Валентины Ивановны, то члены верхней палаты — напротив, приобрели.

Что дальше?

В отношении Матвиенко часто употребляют избитую метафору с Калигулой и его введением коня в Сенат. Надо отметить, что тоже самое говорили в 2001 году про Сергея Миронова.

Широкие полномочия Совета Федерации при текущем государственном устройстве давно выродились в ритуальные обряды. Формально у сенаторов по-прежнему много власти, и спикер — действительно третье лицо в государстве. Этот орган мог бы задать жару и президенту, и правительству, и парламенту, и генеральной прокуратуре — если бы на то имелась политическая воля тех, кто в Совфед входит. Но этого нет

Таким образом, власть может вводить в Сенат хоть 166 коней (по числу мест в палате) — никакой разницы никто, кроме ставших ненужными членов палаты и их челяди, не заметит.

Валентина же Матвиенко, воодушевленная своим почти единогласным избранием, уже выступила с первыми инициативами. Она заявила, что «принципы формирования верхней палаты могут быть изменены уже со следующего года». Новоявленный спикер Совета Федерации имела в виду возврат к выборности членов верхней палаты парламента. Что, конечно, заманчиво, но нелогично. Представьте себе на минуточку всенародные выборы двух сенаторов от Москвы: полноценная избирательная кампания, агитация, интриги, скандалы. И всё — ради места в органе, который почти ничего не решает. У граждан могут возникнуть вопросы: как так — представителей в Совфеде мы выбираем всенародно, а самостоятельно выбрать мэра — не можем? И аналогичные вопросы, только по губернаторам, появятся и в других крупных регионах. В мелких, конечно, будет проще: скажем, на Чукотке избирателей всего 36,5 тыс. Даже прямой подкуп — по 100 долларов каждому — обойдётся желающему стать сенатором в цену хорошей московской квартиры.

Фото: ИТАР-ТАСС

svpressa.ru

Добавить комментарий

XHTML: Теги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>